ГЕЛАКТИКА

Клуб поклонников творчества Гелы Гуралиа


Previous Entry Share Next Entry
Интервью с Гелой Гуралиа в журнале "Тбилиселеби" №28 за 13-19 июля 2015 года.
lelenag wrote in gela_guralia
Его жизнь — увлекательное, хотя и нелегкое путешествие. Все достигнутое к 34 годам, как он говорит, – взято с боем. Популярный в России конкурс «Голос» стал для него судьбоносным: прежде запертые двери, наконец, распахнулись перед его необыкновенным талантом.



Беседует Тамуна Нижарадзе.
Перевод: Нино Туквадзе

Где Гела Гуралиа встретил свою судьбу и как он не изменил себе в Москве.

Гела: Моя история началась в провинциальном городке Поти: я был самый обычный мальчик из самой обычной семьи. В Поти я жил до 17 лет. Свой город я очень люблю, и это чувство со временем становится все сильнее. Отучившись в лицее с химико-биологическим уклоном, я решил стать химиком и поэтому поступил на химический факультет Тбилисского государственного университета. И все же на 3-ем курсе я сделал выбор, который увел меня совсем в другую сторону. Теперь у меня химия … со зрителями.

Отец в то время жил в России, он уехал, когда я был еще ребенком. Поэтому у меня сохранились лишь обрывочные воспоминания. Маме и папе приходилось жить вдали друг от друга, и мама переносила разлуку очень тяжело: она до безумия любила отца и – я знаю – до сих пор по нему скучает. Мама работала медсестрой в городской больнице. Всегда в работе, в заботах: нелегко ей было растить двух детей в то тяжелое время.

В детстве я очень болезненно переживал, что отец где-то далеко, и не понимал, почему он не живет вместе с нами. Когда я на собственном опыте убедился, что люди вечно находятся в поисках счастья, я понял, почему отец от нас ушел. К сожалению, мне не суждено было с ним попрощаться. Когда спустя много лет я пришел к нему на могилу, мне было очень тяжело. Я даже несколько раз хотел развернуться и уйти. В моем репертуаре сейчас есть легендарная песня Мишеля Леграна (Papa, can you hear me? (Папа, слышишь ли ты меня?) – прим. пер.), которую я всегда посвящаю отцу. Когда я ее исполняю, то ощущаю странную силу. Труднее всего ее петь в Нижнем Новгороде – городе, где покоится мой папа.

Тамуна: Когда вы начали петь?

Гела: Совсем маленьким. Наша соседка, директор детского сада, сказала маме, что у меня есть музыкальные способности. Первое выступление состоялось в потийском кинотеатре, здесь прозвучала первая песня в моем исполнении. Все детство я провел на сцене, пел в народном ансамбле, в ВИА... Мама всегда была рядом и во всем меня поддерживала. Она сыграла очень большую роль в моей карьере, прежде всего тем, что не ограничивала мою свободу. После окончания лицея я переехал в Тбилиси, который тогда показался мне огромным мегаполисом. В незнакомом городе я остался один. Нелегкое было время, и, несколько лет спустя, то же самое повторилось уже в Москве. Все эти трудные годы – а их в моей жизни было немало – сделали меня таким, какой я есть, закалили и сформировали характер. А без этого у меня, наверное, ничего бы не получилось.

О студенческих годах остались самые теплые воспоминания: учился я очень хорошо, был активным студентом. Это началось еще в детстве, в Поти: будучи школьником, я стал членом альтернативного парламента, который был создан по инициативе Зураба Жваниа. Приезжал на наши парламентские сессии как будущий химик, «работал» в подразделении по вопросам экологии. Это были как раз те годы – с 14 до 17 лет, – когда я не мог петь: в этом возрасте у мальчиков происходит мутация связок и голос меняется. Уже в университете мой голос снова зазвучал, как раньше, и я стал задумываться: может, зря я выбрал химию? В конце концов, любовь к музыке пересилила, и я снова начал петь, правда, в ресторане.

Моей семье тогда пришлось очень нелегко: отец скончался, мама попала под сокращение, и иного пути просто не было. Моего заработка хватало и мне самому, и чтобы помочь маме. С маленькой сцены ресторана начиналась дорога, ведущая на большую сцену. Несмотря ни на что я всегда знал, что моя жизнь обязательно изменится к лучшему. Когда знакомые, выступавшие в ресторане «Сараджишвили», предложили переехать в Москву, я не колебался ни минуты. Деньги на билеты мы попросили в долг и отправились в Москву, где было совсем непросто встать на ноги. Работы не было, и я оказался в безвыходном положении. К счастью, в Москве жила мамина двоюродная сестра, она меня и приютила. Потом я устроился на работу и пошел своим путем, хотя он вновь пролегал через ресторан.

В 2008 году я сказал себе, что с пением в ресторане решительно пора заканчивать. Дал себе слово, закрыл эти двери и больше назад не оглядывался. Стал думать, где и как петь дальше. Я всегда говорю, что моя дорога идет параллельно шоу-бизнесу, как будто в другом измерении.

Тамуна: Как известно, в российском шоу-бизнесе застолбить себе место непросто, и вы, должно быть, проделали долгий путь, чтобы он вас принял.

Гела: Каким бы талантливым ты ни был, если за твоей спиной не стоят влиятельные люди или большие деньги, шоу-бизнес тебя не только не примет, но даже не заинтересуется. Поэтому не так просто стать частью этого мира. Я ввязался в борьбу. Мои демо-записи были, наверное, во всех без исключения московских студиях звукозаписи. Со мной обещали заключить контракт, но слова так и остались словами.

Меня хвалили, восхищались моим талантом, но в действительности никто не помогал в продвижении; даже наоборот: я слышал, что говорили, мол, у него такой сложный репертуар, что, кроме столицы, его и слушать-то нигде не будут. А я все не сдавался, записывал новые песни, но все двери оставались наглухо закрытыми. Потом я познакомился с композитором, который работает с Селин Дион. Сотрудничество с ним не получилось, нам помешала одна женщина.

В 2012 году я вернулся из Англии в Грузию и начал записывать альбом. С Божьей помощью у меня получилось связаться с американским композитором Джадом Фридманом, автором хита Уитни Хьюстон из фильма «Телохранитель» (Run to you – прим.пер.). Он написал для меня 3 песни, которые очень полюбили мои слушатели.
Мой первый альбом записан в Грузии на студии «Браво Рекордс», за что я благодарен Зазе Шенгелиа. Пока шла запись, я связался с организаторами российского «Голоса»: мне сказали, что уже начались прямые эфиры, и предложили прийти на кастинг в будущем году. Следующие несколько месяцев я жил этой надеждой.

Я всегда говорю, что «Голос» для меня стал судьбоносным: оказавшись в нужное время в нужном месте, я смог круто изменить всю свою жизнь. Хорошо помню, как я занял 3500 долларов на поездку в Москву (смеется). Создатели международного проекта «Голос» признали наш дуэт с Полиной Конкиной лучшим за всю его историю. Потом были другие выступления и, наконец, закрытая дверь приоткрылась.

По окончании конкурса я отправился в турне, стали поступать интересные предложения о концертах в разных городах России. А 18 ноября 2014 г состоялся сольный концерт в Кремлевском дворце, где во время исполнения «Эрио, бичебо» слушатели в зале поднимали грузинские флаги. В общей сложности я дал 39 сольных концертов, в том числе выступил в Санкт-Петербурге с оркестром.

Тамуна: Ваши планы на будущее связаны с Грузией?

Гела: Безусловно, мои планы всегда будут связаны с моей страной. Где бы я ни был, я всегда возвращаюсь сюда: здесь моя мама, теперь самая счастливая мама на свете, и 85-летняя бабушка, которая всегда верила в меня и говорила, что я буду стоять на большой сцене. На каждом концерте, где бы я ни был, я пою «Эрио, бичебо», и во время исполнения в зале происходит чудо. В этот момент на глаза наворачиваются слезы.

В этот раз я приехал, чтобы решить организационные вопросы: планирую осенью сольный концерт в моем любимом Тбилиси. Я уже получил благословение Его Святейшества (католикос-патриарха Грузии – прим. пер.) Наше знакомство эмоционально очень сильно повлияло на меня. Этот человек изменил всю мою жизнь: он доверил мне исполнение собственных произведений, дорогих его сердцу «Аве, Мария» и «Кирие, Элейсон». Хотя до этого мы встречались всего однажды.

Когда после третьего тура «Голоса» со мной связались и сообщили, что Его Святейшество желает со мной встретиться … не могу вам описать, с какими чувствами я полетел в Тбилиси и что творилось у меня в душе. Он надел мне на руку браслет и подарил крест, с которыми я не расстаюсь. Он всегда со мной и всегда будет со мной. Этот человек … он перевернул всю мою жизнь.

Тамуна: Как вы сейчас живете в Москве?

Гела: Обыкновенно. Я счастлив, что занимаюсь любимым делом. Жить без этого не могу. Есть у меня и свои слабости. Например, я так волнуюсь перед каждым концертом, что по несколько часов до начала провожу на ногах. И даже установил личный «рекорд» по этой части: 9 часов до выхода на сцену – ни на минуту не смог присесть! Я в это время ни есть, ни пить не могу. Иногда после концерта чувствую себя настолько эмоционально вымотанным, что могу и в депрессию впасть (смеется).

Я очень люблю своих слушателей и чувствую перед ними огромную ответственность, поэтому волнуюсь перед каждым концертом: это следствие моего к ним уважения.

Помимо музыки в моей жизни нет ничего особенного: общаюсь с друзьями и очень их люблю. Они хорошо знают, каким был мой путь. К сожалению, к 34 годам я так и не обзавелся семьей: дважды был влюблен, но так получилось, что в борьбе за выживание не было места чувствам. Сейчас я ощущаю, что всецело готов к любви.

Хочу жить долго, хотя знаю, что ничто не вечно – и успех, и молодость проходят, – и поэтому пока есть возможность, нужно стремиться наполнить свою жизнь красотой, сделать ее яркой и насыщенной. Я люблю природу, животных, каждое утро и каждый вечер … и, главное, людей – это самое ценное, что нам дарит жизнь.



Перевод с грузинского: Нино Туквадзе
Источник: https://vk.com/page-58748554_49438215
Редакция: Lidia Bormotova, Дарья Олегова, Елена Кострова, Татьяна Макареева.

  • 1
Отличное интервью! Настрой на "вперёд и с песней" мне очень нравится! А настрой на любовь - открывает дорогу на небо!

Добавляю ссылку на оригинал, чтоб не потерялась:
http://tbiliselebi.ge/index.php?mas_id=268445374&year=2015&rubr_id=24&jurn_id=28

  • 1
?

Log in

No account? Create an account